homecoming

Объявление

WILLSONYA

billyadamleorobert


способности, авторский мир, 18+
нортфилд, миннесота
баттл-крик, мичиган
июнь, 2038 год

ренегаты vs. вигиланты
8101 : 8019

26.09.2018 Йо-хо-хо, пираты, подвезли свежий квест и сюжетные задания.
06.08.2018 С Днем Рождения, Револт! Чуть больше о приятном здесь. А в этой теме - результаты голосования.
01.08.2018 Револт! Настало время выбрать самых-самых в нашей практически ежегодной Revolt Awards #3.
13.06.2018 Револт, павший лидер сопротивления передает неожиданный привет.
06.06.2018 Тыры-пыры, Револт с Днем рождения! А здесь кое-что об обновлениях.
06.04.2018 Два новых квеста уже на передовой, а - здесь вы найдете их участников. А в этой теме - немного праздничного упороса. Ура, товарищи!
04.04.2018 В ожидании грядущих квестов - свежий тизер.
02.04.2018 А вот и свежие бонусные задания подвезли - налетаем!
21.03.2018 Друзья, радуем вас обновлением информации об экзоброне - в этой теме.
08.03.2018 Сегодня поздравляем наших дам - здесь и вот здесь!
06.02.2018 Без лишних слов - Револту два года! Кликайте по ссылке, там вас ждет много всего интересного. 30.12.2017 Предновогоднее организационное объявление о нашем с вами квестовом режиме во время праздников.
29.12.2017 Настроеньеподнимательный раздел. Поздравляем друг друга, обмениваемся подарочками, спасаем елки от котов.
11.12.2017 Открываем рождественский сезон записью в Тайного Санту. Спешите, набор участников продлится всего несколько дней.
08.11.2017 Очередная праздничная дата на Револте вместе с обновлениями и приятными бонусами
17.10.2017 сюжетные задания - в новом формате.
01.10.2017 Начало октября - время отопления, горячих напитков и нового сюжетного поста в вестях с фронта. На этот раз - о событиях прошлого.
06.09.2017 Шестое число - время новостей.
27.08.2017 Запись в новые задания.
21.08.2017 FAQ по последним новостям.
16.08.2017 участники квеста и сюжетных эпизодов: просьба внимательно ознакомиться с важными итогами в финальных постах гейм-мастера.
07.08.2017 Новый лидер боевой группы, перевод времени и сюжетные новости - все это вы найдете, пройдя по этой ссылке.
02.08.2017 Ввиду технических неполадок хостинга, на время возвращен один из старых дизайнов.
28.07.2017 Пока вы спали, мы принесли вам вести с фронта.
17.07.2017 У нас небольшие технические неполадки, поэтому до возвращения Иветт оформление таблицы будет в старом стиле :)
14.07.2017 Наш url стал немного короче, за что дружно благодарим мистера Харви ;]
06.07.2017 Новости - большие и не очень.
21.05.2017 Всех неспящих ждет сюрприз - сюжетные новости и видео с намеком на будущие игровые события.
06.04.2017 Начата запись в новые квест и задания.
04.04.2017 Небольшая памятка для игроков, а также объявление об итогах одного из личных эпизодов.
06.03.2017 Револту 13 месяцев! Разобрать подарки можно в этой теме.
15.02.2017 Очередная гигант-порция новостей, а также новые акции и сюжетные задания ждут вас здесь.
06.02.2017 ОЧЕНЬ много новостей, развлечений, занимательной статистики ждут вас здесь в компании нового револт-трейлера.
06.02.2017 Револт празднует 1 год!
16.01.2017 Участники завершенных квестов 7.1 и 7.2 приглашаются к ознакомлению с итогами, подведенными к окончанию седьмой сюжетной главы.
31.12.2016 Револт поздравляет своих жителей с наступающим Новым Годом!
13.12.2016 Стартовал конкурс рождественских историй!
11.12.2016 Принимаем участие в «Тайном Санте» и получаем письма от дедушки Револта! Спешите, время на запись ограничено!







У Мёрфи болит, кажется, каждая клеточка измученного организма — ни одна адреналиновая вспышка не вернёт потерянного за недели недоедания и недосыпа, поэтому сил на то, чтобы подняться, у девчонки просто не остаётся. Собственный скулёж, остающийся где-то на грани, раздражает, но... [читать далее]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » homecoming » Adam & Billy [2] » Глава 5


Глава 5

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

***

0

2

Следующие несколько дней после разговора с Рональдом пролетели незаметно. Билли рассказала своей семье про ***

...и единственной палкой в этом гигантском спланированном колесе была Габриэла, напрочь отказавшаяся уезжать из страны.

- Кир, - позвала брата девушка, но тот, не реагируя на Билли, с упрямым выражением лица искал в рюкзаке запасные наушники - взамен тех, которые случайно порвал в машине по дороге в аэропорт. - Кир, посмотри на меня, пожалуйста.
Не выдержав, Билли шагнула к брату и, коснувшись ладонью его лица, повернула голову Кирана к себе.
- Что ты хочешь услышать? - раздраженно спросил он, застегивая молнию на рюкзаке.
- Что ты не дуешься - это как минимум, - пожала плечами Сэлинджер. - Пойми, что это вынужденная мера. Иначе нельзя.
- Зато тебе почему-то можно, - взбрыкнул парень и, закинув рюкзак себе на плечо, убрал руку сестры от своего лица. - Тебе можно оставаться здесь, можно рисковать собой, можно заниматься всей этой фигней, словно ты какая-то Супергёрл!
- Это не так, и я остаюсь не потому, что хочу, а потому что так надо.
- Кому надо, Билли?? - разозлился Киран. - Может хватит уже этого супергеройства? Поехали с нами, - тихо, почти с мольбой попросил парень.
- Это не супергеройство, - покачала головой девушка, стараясь не заплакать - от досады, обиды и грусти расставания, что совсем не входило в ее планы. - Я совершила ошибку, и этот человек уже следит за мной и Адамом. Если я уеду, он навсегда пропадет из поля зрения, а потом продолжит убивать. Я буду здесь, под надежной охраной, и ФБР поймает его, они...
- Да хватит, - рыкнул Киран и отвернулся от Билли, скрестив руки на груди.
Девушка с силой зажмурилась, задержала дыхание, простояла так несколько секунд и вновь открыла глаза на медленном выдохе. Шагнув к брату, она положила ладонь ему на плечо.
- Кир. Я тоже буду под такой же защитой, как и вы, только здесь. В самом эпицентре проще защитить одного человека, чем десять. И поэтому вам нужно ненадолго уехать - подальше от всего этого.
Не оборачиваясь к сестре, Киран покачал головой и посмотрел в потолок.
- Если я полечу с вами, он проследует туда же, - добавила Билли. На самом деле у нее не было подтверждений этим словам, но она старалась использовать максимум вспомогательных доводов для того, чтобы Киран сел в самолет вместе с родителями. - Кир, - вновь позвала брата девушка и прикусила нижнюю губу. "Только не плачь". - Кир, повернись. Пожалуйста, повернись. Не надо так.
Прошло секунд десять, и парень, наконец, выполнил просьбу, медленно повернулся к Билли и посмотрел на нее покрасневшим взглядом, из-за чего у девушки защемило сердце.
- Это ошибка, - тихо и хрипло проговорил Киран. - Ты должна лететь с нами. Билли, полетели с нами. Пусть Адам и его ФБР разбираются с этим делом. Это его работа, а не твоя. Пусть он рискует собой, но не ты.
Немного помолчав, Билли покачала головой.
- Я не могу, - ответила она.
- Ну нет, я не верю в то, что нет других вариантов, - замотал головой Киран и вытер пальцами покрасневшие глаза. - Билли, я тебя очень прошу, оставь ты его делать свою работу и поехали с нами.
- Я не могу, - с надрывом проговорила Сэлинджер, глядя брату в глаза. Вот-вот из туалета должны были вернуться родители, и они явно застанут своих детей в довольно странном состоянии. - Не могу я. Кир, я... не могу, - повторила Билли и, шмыгнув носом, пожала плечами, смиряясь с необратимостью принятого решения.
Киран замер на несколько секунд, анализируя и слова сестры, и ее реакцию, а затем, догадавшись о том, что Билли никак не могла произнести вслух, парень изменился в лице.
- Серьезно? - он будто бы и не поверил своим догадкам. Киран смотрел на свою сестру и никак не мог поверить в то, что пришло ему в голову. - Серьезно, Билли?.. Он?
Ответить Сэлинджер не успела. В нескольких метрах от нее и брата послышались голоса, и когда оба повернули головы в сторону, то увидели, как к ним приближается другая семья.
"Миддлтоны", - пронеслось в голове у Билли, и девушка, быстро вытерев глаза, приветливо улыбнулась.

НЕБОЛЬШОЙ РАЗГОВОР В МАШИНЕ О ТОМ СТОИТ ЛИ ЕХАТЬ И ОБ ОТЦЕ
От взгляда Эмилии не укрылась реакция ее сына на приветственную улыбку девушки. Адам мог сколько угодно строить из себя хладнокровного и непробиваемого во всех отношениях агента, он мог скрыть от окружающих свою реакцию и выглядеть абсолютно спокойным, но миссис Миддлтон лучше всех знала своего сына, даже лучше него самого. Этот плохо скрываемый Адамом огонь в его глазах и легкая, но красноречивая улыбка - Эмилия впервые увидела сына в таком состоянии, когда ему было пять лет, и он твердо заявил, что до конца своих дней будет играть только с Лорой Этвуд - соседской девочкой с короткими косичками и большими зелеными глазами. Столько лет прошло, а Эмилия всегда могла, лишь взглянув на сына, с точностью определить, когда в его обычно строго упорядоченную жизнь врываются эмоции и чувства.
После года практически полного забвения, когда Эмилия не видела пропадающего на работе Адама месяцами, участившиеся звонки стали первым признаком улучшения состояния ее сына, во время которых он мог и не говорить много, но Эмилия уже чувствовала, как он постепенно возвращается к жизни.  Она так и не смогла с одобрением отнестись к выбору Адама, когда тот внезапно начал встречаться с Марией. В детстве эти двое на дух друг друга не переносили, а тут сошлись "ни с того ни с сего", что на деле вызвало немало вопросов не только у Эмилии, но и у всех, кто близко знал Адама. Женщина не доверяла Марии и хотела всячески оградить своего сына от ее общества, но тот, обычно внимательный к разным деталям и видящий людей насквозь, на удивление не видел истинного лица "этой стервы", как называла ее миссис Миддлтон, и упрямо игнорировал любые замечания своей матери. Эмилия за этот непростой год едва не потеряла собственного сына и едва ли не каждую ночь просыпалась от кошмаров, в которых Адам полностью переставал ценить жизнь, что для любящей матери было сродни страшному наказанию. А при его работе подобная переоценка означала слишком высокий риск попасть в смертельную передрягу.
Но за последние несколько недель, к удивлению Эмилии, ее сын заметно оттаял, и женщина готова была ставить свечи во всех ближайших церквях в благодарность за "возвращение" сына, но когда она поняла причину такого пробуждения, когда Адам в одном из разговоров упомянул, что ведет новое дело с девушкой, то миссис Миддлтон неизбежно вновь занервничала, ожидая появления в их жизни очередной Марии.
Но оказалось, что ее опасения были преждевременны.

***

В полном составе прибыли Миддлтоны или нет, Сэлинджер не знала. Рядом с Адамом шла невысокая полноватая женщина с темными волосами, в темном платье, идеально сидящем на ее фигуре, а с другой стороны от Миддлтона вышагивала худенькая светловолосая девушка с большими глазами такого же голубого цвета, как и у Адама, бледной кожей и непередаваемой светлой аурой.
"Джо", — догадалась Сэлинджер.
Увидев сестру Адама, Киран несколько раз с силой моргнул, вспомнив про свои красные глаза, и, даже не стараясь улыбаться (все равно ничего путного бы не вышло), завернулся в свою толстовку на замке и встал за спиной Билли, с интересом поглядывая на Джо — но так, чтобы она не заметила его внимания.
— Здравствуйте, — поприветствовала Билли мать и сестру Адама, предварительно одарив и самого парня улыбкой. — Рада с вами познакомиться. Я — Билли Сэлинджер, это — мой младший брат Киран, а вон та пара, которая идет к нам, — девушка указала на мать и отца, появившихся из уборной, — наши родители.
Эмилия, в свою очередь, смотрела на Билли Сэлинджер и думала: "Не дай Бог обидишь моего мальчика — из-под земли достану".
— Это она? — вместо ответного приветствия миссис Миддлтон окинула девушку взглядом с головы до ног и скептически прищурилась. — Теперь понятно, почему у тебя такое лицо, когда ты о ней говоришь.
"Какое?" — подумала Билли, удивленно глядя то на Эмилию, то на Адама.
Миддлтон, еще издалека отметив про себя, насколько соблазнительно на девушке смотрится кожаная черная куртка и обтягивающие джинсы, вблизи и вовсе не мог оторвать от Билли изучающего взгляда, а особенно от высокого хвоста, в который были собраны волосы девушки. Но больше всего сейчас внимание Адама привлекала шея Билли, открытая его глазам, благодаря такой прическе.
Поэтому от слов матери он вынырнул из своих мыслей, внезапно покраснел и тихо кашлянул, чтобы скрыть свое смущение.
"Не увлекайся", - приказал себе Адам, но все же продолжал посматривать на Билли.
Еще до визита в аэропорт при мысли, что его родные познакомятся с девушкой, Адам места себе не находил: раскладывал по несколько раз вещи в шкафу, то и дело меняя их местами, но в итоге отправился в спортзал, чтобы сбросить напряжение. Главным опасением для Адама была отличительная семейная черта Миддлтонов: любовь к прямоте. Он понимал, что не сможет проконтролировать свою мать (которая часто рубила с плеча) и поэтому понятия не имел, как пройдет ее встреча с Билли.
— Мам, — Адам красноречиво посмотрел на Эмилию.
— И не надо на меня так смотреть, — отмахнулась миссис Миддлтон,  и крупные серебряные серьги в ее ушах качнулись в такт движению, — я все вижу.
"Главное, не краснеть", — думал Миддлтон и собирался держаться до последнего, чтобы не слиться цветом лица со спелым помидором.
— Прости, Билли, — спокойно произнес Адам. — Это моя мать — Эмилия, и она обычно говорит то, что думает, — Миддлтон неодобрительно качнул головой, на что его мать не обратила никакого внимания, продолжая с интересом посматривать на девушку. — А это моя сестра — Джоанна, но все ее зовут Джо.
— Привет, Билли, — нервно перебирая свой браслет на руке, отозвалась Джо и с любопытством взглянула на Кирана, поймав на себе его взгляд, который тот сразу же отвел в сторону. — Адам нам столько о тебе рассказывал. Приятно, наконец, с тобой познакомиться.
— Взаимно, Джо. Столько рассказывал? — улыбнулась Билли, мельком взглянув на парня. — Надеюсь, ничего страшного не поведал? — прищурилась она, продолжая улыбаться. Поразительно, как рядом с этими людьми, которых она видела впервые в жизни, ей удалось так быстро отвлечься от грустных мыслей. Хотя бы ненадолго.
— Нет, — сестра Адама едва заметно улыбнулась. — Он говорил только хорошее.
Билли перевела заинтересованный взгляд на парня, а сам Миддлтон вновь ощутил, что щеки вот-вот зальет цветом, но все же он успел вовремя проконтролировать свое смущение.
— Наверное, это так круто вести с ним дело, — внезапно добавила Джоанна, — нам он ничего не говорит о своей работе.
— Да там ничего интересного, — парень внимательно посмотрел на Джо и, положив ей руку на плечи, притянул к себе и крепко обнял. — Пишу отчеты целыми днями.
Билли была полностью солидарна с Адамом в стремлении ограничить родных от лишних подробностей по делу и поэтому согласно кивнула в такт его словам про отчеты, которые по факту занимали у Адама гораздо меньше заявленного времени.
— Конечно, — прищурилась Эмилия и скрестила руки на груди, — и нас в очередной раз прячут от злобной пачки бумаги. Нет, я понимаю важность работы моего сына, а особенно шага по защите семьи. — обратилась она к Билли и ее брату. — Просто… всегда нервничаю в такие моменты, — она поежилась и покачала головой.
— Это совершенно нормально — переживать за родных, — Сэлинджер кивнула с пониманием. — Особенно за детей. Но могу вас заверить, так как видела это лично: Адам находится под надежным присмотром, потому что у него в напарниках самый лучший друг, который беспокоится о нем больше, чем о себе. Поверьте, миссис Миддлтон, я знаю, о чем говорю, — мягко улыбнулась Билли.
Адам не удержался и едва заметно усмехнулся. Но девушка была права: с Холденом он был готов пойти и в адский огонь, чтобы вместе с другом от него прикурить, и в полярный холод, чтобы затем отколоть льда для пива.
— Если ты говоришь о Лео, то эти два оболтуса таких дел могут натворить вместе, — прищурившись, проговорила Эмилия, и Адам мысленно возмутился. Но в понимании его матери любое расследование было как раз из разряда "таких дел", поэтому Миддлтон промолчал, продолжая обнимать сестру. — Но соглашусь с тобой, они же готовы пойти на все, чтобы друг друга защитить. И я подозреваю, что эта ссадина на лице Адама от очередного профилактического разговора с Лео, — миссис Миддлтон взглянула на сына, а затем вновь перевела взгляд на Билли, которая успела побледнеть при упоминании о следах "побоев" на лице Адама. — Хотя никто из них в этом не признается.
Сэлинджер бросила испуганный взгляд на Адама, опасаясь "утонуть" в чувстве стыда и выдать матери парня чистосердечное признание. Билли даже успела приоткрыть рот, собираясь выложить все прямым текстом, но…
Адам нахмурился от того, как девушка изменилась в лице при упоминании удара и, понимая, что недавняя история вот-вот готова стать достоянием общественности (а это могло привести к самым непредсказуемым последствиям) поспешно вставил:
- Мам, я уже говорил. Это хулиганы, пришлось принять меры. Лео тут ни при чем, - коротко выдал парень.
Эмилия скептически посмотрела на сына и вновь покачала головой. Она чувствовала - что-то в этой истории не так, и от ее внимания не укрылось, что Билли, похоже, знает, в чем дело.
- Ладно-ладно, - выдохнула миссис Миддлтон, - храни свою профессиональную тайну.
"А я найду другой способ все разузнать", - и Эмилия очень мило улыбнулась Билли.
— Что мы пропустили? — поинтересовалась Кэролайн Сэлинджер, как только они с супругом подошли к своим детям.
— Знакомство с семьей Адама, — Билли указала на родных Миддлтона. — Это Эмилия, мама Адама, а это Джо — его младшая сестра.
Киран продолжал делать вид, будто увлечен просмотром каких-то картинок в телефоне, но время от времени все равно поглядывал в сторону семьи Миддлтонов, с которыми ему и родителям предстоит совершить небольшое "путешествие" в Мексику.
— Меня зовут Кэролайн, — широко улыбнулась мать Билли, машинально включив режим дружелюбной хозяйки, словно по-прежнему находилась дома, и протянула Эмилии руку, которую та тут же легко сжала. — А это мой супруг Говард, — кивнула Кэролайн на супруга, который ограничился сдержанным молчаливым кивком.
А Билли смотрела со стороны, как эти две по-своему энергичные женщины, матери семейств, пытаются занять максимум окружающего пространства, и гадала, кто же в итоге "победит".
Эмилия все еще присматривалась и к Билли, и к ее семье. В конце концов, с родными Марии они тоже когда-то были дружны, но после развода с Артуром, контакт Миддлтонов с ними постепенно сошел на нет. Однако семья Сэлинджер вызывала в Эмилии желание обязательно обсудить с ними все последние новости и рецепт вкусного пирога, а затем посмотреть, как они на все это отреагируют. Потому что ничто не служит таким хорошим индикатором для того, чтобы понять, кто перед тобой (по мнению Эмилии), как обсуждение хорошей выпечки, а еще ее употребление разумеется. Эти люди пробуждали в миссис Миддлтон интерес, который генерировал в ее голове множество вопросов. Она, конечно, вряд ли задаст их все, просто сам факт того, что ее так тянуло к этой семье был сам по себе очень любопытным. Эмилия очень хорошо разбиралась в людях, за версту чувствовала подвох и обман, а Сэлинджеры никаких опасений не вызывали, лишь вполне естественные от нахождения рядом с незнакомыми людьми, но не более того.
— Никогда ранее не была в Мексике, — вздохнула Кэролайн и поправила закрученную прядь русых волос — точно таким же движением, как всегда делала Билли, что тут же невольно подметил Адам и мысленно улыбнулся. — Даже не представляю, как мы там обустроимся на пару недель, поэтому я взяла с собой столько разных вещей, которые могут пригодиться в хозяйстве, — женщина указала на два своих чемодана, один из которых был заполнен указанным "составом".
- Не переживайте, - отозвалась Эмилия, - там даже минимального набора вещей хватит. А если чего-то не найдется, то всегда можно попросить у семьи Холден. Они самые гостеприимные люди из всех, что я встречала.
СВЯЗКА?
— Милая, — Кэролайн повернулась к дочери, — ты точно не хочешь поехать с нами?
На этом вопросе Киран бросил взгляд на сестру и тут же сцепил зубы, заметно помрачнев.
Время от времени наблюдая за молчаливым Кираном, Адам тут же напрягся от его реакции. Миддлтон хорошо помнил, как Билли реагирует на такое поведение брата, и сейчас ему очень сильно хотелось объяснить парню, что для девушки вот так отпускать свою семью - это не меньшее испытание, чем для них уезжать. А Джо, заметив мрачное выражение лица Кирана, сама вдруг еще больше погрустнела. Да, она все прекрасно понимала, как и их с Адамом мать, но все же брата оставлять не хотелось, покинуть родной дом, колледж и друзей у девушки просто не хватало сил. Это все остается здесь при смертельной угрозе нападения маньяка, и от этой мысли Джо бросало в дрожь.
— Я бы с радостью, — отозвалась Билли, — но мне нужно закончить одно важное дело. Если получится, я присоединюсь к вам чуть позже. Хорошо?
Мистер Сэлинджер все это время задумчиво смотрел в сторону окна, и по его лицу было сложно сказать, о чем думает Говард в тот момент, и если бы Билли могла читать мысли, она бы удивилась тому, насколько ее отца огорчает решение дочери остаться в Америке.
Обеих дочерей.
Услышав ответ сестры, Киран покачал головой и буркнул:
— Я отойду в туалет, — после чего, оставив свой рюкзак рядом с отцом, направился к уборным.
К его радости, внутри никого не было. Отложив телефон на полку рядом с раковиной, парень включил холодную воду и, зачерпнув горсть, плеснул ее себе на лицо, после чего, уперев руки в раковину, застыл в одном положении, глядя на струю воды.
"Это несправедливо", - мелькнула в его голове мысль.

Проследив взглядом за Кираном, Адам крепче обнял Джо, поцеловал ее в макушку и отпустил:
- Я тоже отойду, - Миддлтон кивнул Билли, невольно задержав взгляд, а затем ее семье и проследовал в сторону уборных, где минуту назад скрылся Киран.
Чувства брата Билли Адам понимал даже слишком хорошо, те же тоску и страх за близкого человека, которые мелькали во взгляде Кирана, он видел и в глазах своей сестры каждый раз, когда приходилось расставаться при подобных обстоятельствах. Но если Миддлтон мог как-то взбодрить Джо, всегда заверить, что все будет хорошо и немного облегчить состояние сестры, то Киран только сильнее усложнял и без того непростые проводы. Парня самого требовалось успокоить, настроить на лучший исход всего этого дела, ведь по сути он будет опорой для родителей вдали от дома, пока Билли встанет на защиту своей семьи здесь.
Войдя в туалет, Миддлтон обнаружил Кирана стоящим у раковины и подошел ближе на расстояние в пару раковин.
- Это несправедливо, - привычно спокойным тоном произнес Адам, не подозревая, что озвучил недавние мысли парня, из-за чего тот испуганно дернулся в сторону, заметив Миддлтона, и тут же с досадой выдохнул. - Ей тоже непросто.
Сэлинджер, не зная, как реагировать, метался внутри себя из стороны в сторону - между желанием послать все к черту и просто сесть в этот самолет и вполне справедливым порывом высказаться здесь и сейчас. И несколько секунд спустя чаша весов склонилась ко второму варианту.
Парень медленно выключил воду, оторвал кусок бумажного полотенца, которым вытер лицо и обернулся к Адаму с знакомым, чисто "сэлинджеровским" полыхающим огнем во взгляде.
- Я знаю, что непросто, - подтвердил Киран, пристально глядя на Адама, и плевать он хотел, какая там у Миддлтона должность, ведь речь шла о любимой сестре. - А знаешь, почему это несправедливо? Вот это все? - парень выдержал небольшую паузу, собирая остатки самообладания, и продолжил: - Она бы могла улететь, - твердо проговорил он, - она хочет улететь. Но остается. И ведь не из-за этого вашего маньяка. Не в нем дело, - Киран пристально смотрел Адама - точно так же, как до этого на него смотрела Билли, пытаясь передать свои мысли без слов. Будь неладна вся эта их миссия и вся симпатия сестры Кирана к этому агенту.
Адам ощутил, как от слов парня его опалило изнутри, заставляя на миг замереть и всмотреться в глаза Кирана. Миддлтон ведь не ошибся и услышал то, что услышал? Билли остается не только из-за дела, плана и желания помочь закрыть маньяка в какой-нибудь тюрьме особо строгого режима, чтобы тот больше ни до кого не добрался, а еще и… из-за самого Адама? Миддлтон, конечно, чувствовал симпатию Билли по отношению к себе, иначе его самого не тянуло бы так сильно, наконец, закрыть глаза на правила и зайти дальше. Но услышать это вот так, со стороны, будто еще одно подтверждение, теперь уже от совершенно другого человека…
Адам с трудом сдерживал порыв прямо сейчас покинуть уборную, подойти к Билли и… поцеловать ее, передавая эти все, что чувствует сам. И плевать, что родные увидят. Все это на мгновение показалось таким неважным, но, к сожалению, не отменяло главной проблемы - необходимости сосредоточиться на деле и не подвести родных.
— Пообещай, что с ней ничего не случится. Пообещай, что ты не допустишь того, чтобы она попала в беду, — Киран ткнул пальцем в пол и почувствовал, как его глаза вновь покраснели. — Если это произойдет, если Билли пострадает... — Киран выдохнул и добавил тише: — это будет твоя вина. Потому что она могла бы улететь сегодня.
Адам, дав парню возможность высказать все, что накипело у него внутри, лишь тихо выдохнул и спокойно произнес:
- Киран, послушай, я знаю, у тебя нет причин доверять мне настолько, чтобы со спокойной совестью оставить на меня сестру. Мне кажется, даже если бы мы с тобой были давно знакомы, все равно бы не обошлось без опасений с твоей стороны, - Адам чуть пожал плечами. - И это абсолютно нормально, - на фоне бушующего Кирана Миддлтон внезапно превратился в оплот спокойствия, несмотря на то, что внутри него самого до сих пор бушевал пожар из самых разнообразных эмоций после слов парня о Билли. - Я обещаю тебе, - Адам посмотрел Кирану прямо в глаза, - сделать все, что в моих силах, чтобы защитить Билли. Твоя сестра очень дорога мне, и я не допущу, чтобы с ней что-то случилось.
— Дорога, — эхом повторил парень и, не выдержав, невесело усмехнулся, почесав нос. — Если бы она была так дорога тебе, как ты утверждаешь, ты бы сделал все, чтобы посадить ее в этот самолет.
Адам, не обращая внимания на выпады Кирана, все так же спокойно продолжил:
- Ты же знаешь свою сестру. Чтобы заставить Билли сделать то, чего она не хочет, необходимо вколоть ей снотворное, причем желательно двойную дозу, связать по рукам и ногам, а после посадить в самолет. И даже после посадки и пробуждения ни в коем случае не развязывать, так как есть вероятность, что твоя сестра все равно сбежит, - Миддлтон покачал головой. - Нет, такое давление на нее не подействует, чем сильнее мы будем ее ограничивать, тем больше она будет сопротивляться, рваться к свободе и в итоге точно натворит глупостей и попадет в беду. Если она хочет остаться, пусть остается. Лучше Билли будет под моим присмотром, я уже достаточно узнал ее, чтобы вовремя оградить от опасного решения, потому что своими действиями по удержанию твоей сестры под замком мы можем подорвать ее доверие так сильно, что в итоге Билли не только первым рейсом вылетит из Мексики, но и одна будет выслеживать маньяка, а это однозначно приведет к не самым лучшим последствиям. Я не хочу, чтобы она разочаровалась в окружающих, когда только мы можем уберечь ее от опасности. А ты, Киран, что скажешь? - Миддлтон внимательно посмотрел на парня в ожидании ответа.
- Но... - протянул Сэлинджер несколько секунд спустя, явно поумерив свой пыл и злость, ведь, как ни крути, Адам был прав насчет Билли. - Есть еще Габи. Она тоже заупрямилась и не полетела. Ее тоже будут охранять?
"У меня не сестры, а катастрофа какая-то", - с досадой подумал парнишка, опустив взгляд в пол, и шумно выдохнул.
- Конечно, - подтвердил Адам, - мы усилим ее охрану. Как я уже говорил, я сделаю все, чтобы твои сестры были в полной безопасности.
Все еще переживая из-за отъезда, но теперь уже немного спокойнее думая о том, что Билли и Габриэла останутся в Чикаго, Киран еще с минуту помолчал, обдумывая слова Миддлтона и, наконец, кивнул, отчасти соглашаясь с тем, что у него все равно нет других вариантов, кроме как доверить свою семью этому человеку. И это будет очень непростым решением.
Когда оба парня вернулись из туалета, Билли с удивлением посмотрела сначала на присмиревшего Кирана, который тут же встал рядом с ней, и на Адама, чье временное отсутствие явно было связано с метаморфозами настроения ее брата. Немного прищурившись, девушка посмотрела на Миддлтона с немым вопросом, пока ее мать и мать Адама болтали о каких-то рецептах и способах готовки какого-то блюда, во что лично Билли совершенно не вслушивалась все то время, пока отсутствовали ее брат и Миддлтон. Единственное, что она сделала в это время - кивнула Джо, улыбнулась ей и сказала, как ей нравится браслет на ее руке, и что она сама - большой фанат этих украшений.
- Держи, - тихо сказала Сэлинджер, расстегнув один из своих на руке, из тонкого кожаного плетения, с небольшим металлическим знаком бесконечности, и секунду спустя надела браслет на руку девушки. - Я купила его, когда путешествовала по Индии. Это был небольшой заезд на месяц, но он помог мне успокоиться после... некоторых событий. А этот браслет для меня как напоминание о том, чтобы стремиться к бесконечной гармонии, силе и внутреннему спокойствию, которые влияют на все, что окружает меня в жизни в любом из ее проявлений. Пусть пока побудет у тебя, - Билли подмигнула Джо и улыбнулась. - Мне кажется, чем спокойнее будешь чувствовать себя ты, тем проще будет Адаму.
Джоанна удивленно посмотрела на браслет, а затем на Билли и произнесла:
- Я… я бы сказала, что не могу принять его, - девушка вновь перевела взгляд на поблескивающий в ярком свете ламп знак бесконечности, - но… думаю, ты права насчет моего брата. Спасибо, - Джо немного смущенно потерла нос и продолжила: - Адам кажется очень сильным, ему и правда удается все, что он только захочет, - она немного грустно улыбнулась, - но иногда мой брат тоже нуждается в поддержке. Он никогда об этом не скажет и ни о чем не попросит, наоборот будет отбиваться всеми силами. Но мне кажется, - девушка посмотрела Билли прямо в глаза, передавая часть своих догадок без слов, - тебе он позволит о себе позаботиться, хотя, конечно, все равно будет сопротивляться - упрямец, - Джо усмехнулась и вновь взглянула на Сэлинджер, добавив уже совершенно серьезно: - Береги его, Билли.
Вряд ли сестра Адама говорила бы то же самое, если бы узнала, как Сэлинджер приложила его битой по лицу (пусть и ненамеренно). Но, тем не менее, Билли улыбнулась и пообещала:
- Буду беречь.
И на этом моменте как раз вернулись парни, поэтому все внимание сразу же переключилось на них. Адам с удивлением обнаружил, что за время их с Кираном отсутствия его мать уже вовсю болтала с Кэролайн, а Билли, похоже, нашла общий язык с Джо, что не могло его не радовать. И сейчас он смотрел на собрание двух семей и очень надеялся, что вскоре они вновь встретятся в аэропорту, но уже для встречи их рейса из Мексики.
Когда пришло время посадки на самолет, Билли буквально застыла на месте, с трудом осознавая, что должна отпустить свою семью и остаться здесь, в этом пугающем водовороте самого страшного столкновения, в котором она когда-либо оказывалась за свою жизнь.
- Милая, звоните нам с Габи обе, хорошо? - потребовала Кэролайн, обнимая свою дочь на каких-то две-три секунды, в то время как сама девушка внезапно поняла, что хочет простоять так рядом с мамой гораздо дольше, но та уже расцепила руки и шагнула в сторону, предоставляя своему мужу право обнять дочь на прощание.
- Будь осторожна, очень тебя прошу, - тихо проговорил он на ухо Билли и несколько секунд спустя поцеловал ее в висок. Немного отстранившись, Говард посмотрел дочери в глаза и добавил: - Что бы ни было в прошлом, мы с мамой очень сильно любим тебя. Не забывай об этом.
От этих слов отца Билли едва удержала торнадо эмоций под контролем, выдав в ответ улыбку и кивок, хотя на деле ей так сильно хотелось броситься обратно в его объятия и попросить остаться рядом, что определенно перечеркнуло бы все планы по поимке убийцы.
- Я тоже люблю вас, - тихо, почти с хрипотцой ответила Сэлинджер.
Следующим на очереди для объятий был Киран, и поэтому Говард отошел в сторону, встав напротив Адама, очень внимательно посмотрев ему в глаза.
- Я доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть, - тихо, но твердо проговорил мужчина.
- Они будут под надежной защитой, мистер Сэлинджер, даю вам слово, - так же тихо отозвался Адам, в этот момент как раз обнимая сестру на прощание. Он чувствовал, как сила, исходящая от Говарда, вызывает внутри него неподдельное уважение, поэтому протянул руку и добавил: - Присмотрите там за моими.
- Эй, - отозвалась Джо и пихнула брата в бок, - вот давай-ка сам присмотри за нами.
Адам усмехнулся и потрепал сестру по плечу:
- Я-то глаз не спущу, ты же знаешь, - он подмигнул. - Но когда кто-то надежный рядом с тобой, мне спокойнее. О, и у тебя новый браслет, - взгляд Миддлтона упал на украшение, - где-то я его уже видел, - он улыбнулся и посмотрел в сторону Билли, которая как раз разговаривала с Кираном.
Джо проследила направление взгляда брата и кивнула:
- Знаешь, братец, она мне нравится.
"Да, мне тоже", - подумал Адам, довольный тем, что его семья хорошо приняла Билли, однако не успел он и слова сказать, как его крепко обняла Эмилия.
Миддлтон даже охнуть не успел, но тут же заключил мать в ответные объятия.
- Поймай этого гада поскорее, - тихо проговорила миссис Миддлтон и всхлипнула в плечо сына. - Не хочу пропустить встречу читательского клуба через пару недель. Мне, знаешь ли, туда еще надо наготовить всего.
Эмилия немного отстранилась и покрасневшим взглядом посмотрела на Адама, отчего у Миддлтона внутри все болезненно сжалось. Он коснулся щеки матери и большим пальцем вытер покатившуюся по ней слезу.
- Обещаю, что на встречу читательского клуба ты обязательно попадешь, - уверенно произнес Миддлтон, смотря матери в глаза.
- Ловлю тебя на слове, - Эмилия шмыгнула носом и вздохнула: - Адам, будь осторожен, очень тебя прошу. Мы с Джо готовы кататься в Мексику сколько угодно, но нам важно, чтобы по возвращению ты нас обязательно ждал в этом самом аэропорту.
Миддлтон почувствовал, как ком подкатывает к его горлу, и, чтобы сдержать свои эмоции, он крепче обнял мать, сгребая в охапку еще сестру.
- Все будет хорошо, - заверил он самых важных женщин в своей жизни. - Я разберусь с маньяком, а вы берегитесь яркого солнца и стряпни миссис Холден, - Адам едва заметно улыбнулся, а затем добавил уже совсем другим тоном: - Я очень вас люблю.
По залу ожидания пронеслось очередное объявление о начавшейся регистрации на рейс до Мексики, нарушая небольшую идиллию, создавшуюся на несколько секунд в объятиях Миддлтона, и Адам нехотя отпустил мать и сестру.
- Пора, - тихо произнес он, с болезненной тоской наблюдая за тем, как Эмилия утирает слезы, и как Джо изо всех сил держится, чтобы не разрыдаться.
"Так будет лучше, здесь для них слишком опасно, ты же знаешь", - отрезвил Адама внутренний голос. Однако Адам многое бы отдал, чтобы полететь с родными или оставить их рядом с собой, однако в данных обстоятельствах это было невозможно.
Пока обе семьи проходили осмотр, Билли улыбалась им издалека и время от времени махала рукой, но когда они, наконец, скрылись в дверях, ведущих на посадку, девушка с надрывом выдохнула и быстро закрыла глаза ладонью, с силой прикусив обе губы.
Миддлтон, борясь с собственными эмоциями и стараясь ничем не выдать невыносимую тоску, перевел взгляд на Билли, и буквально физически ощутил на себе ее состояние. Без слов шагнув к девушке, он тут же крепко обнял ее, пряча в своих широких объятиях.
- С ними все будет в порядке, за это я ручаюсь, - тихо прошептал он. - Я с тобой, Билли, - Адам мягко провел ладонью по ее спине. - Я с тобой.
Не найдя сил на слова, Билли закивала в ответ, продолжая прятаться в плечо Миддлтона с ладонью на глазах - мокрой от слез и дрожащей от эмоций. Второй рукой Сэлинджер приобняла парня, прочно схватив пальцами его рубашку на спине, и так простояла следующие минут десять-пятнадцать, пока, наконец, не прекратила плакать. Перестав вздрагивать от слез, Билли притихла и минуту спустя невнятно проговорила:
- Я редко навещаю их и... иногда не бываю дома целый месяц. Но мне сейчас так грустно, что... выть хочется.
- Да, я тебя понимаю, - тихо проговорил Адам, у которого так сильно скребло на душе, что он и сам бы с удовольствием завыл. Миддлтон вновь легко провел ладонью по спине Билли, дополнительно успокаивая девушку, и предложил: - Слушай, меня сегодня замещает Лео, так что вечер свободен. Тебе надо немного развеяться, и у меня как раз есть хорошая идея на этот счет, - Адам осторожно разжал объятия, отпуская Билли, и кивнул в сторону выхода: - Поехали.

+1

3

Около аэропорта Адам подошел к ближайшему таксисту и быстро набрал на своем телефоне нужный адрес, а также приписал: "вслух ничего не говори, оплачу поездку в двойном размере". Водитель сначала непонимающе нахмурился, но когда дошел до строчки про оплату тут же просиял лицом, кивнул и совершенно счастливый сел за руль.
Миддлтон лишь усмехнулся и открыл дверь перед Билли, а затем сам занял место на пассажирском сидении.
- Куда мы едем? - тихо спросила Сэлинджер, повернувшись к Адаму.
- Скоро узнаешь, - загадочно ответил Миддлтон и улыбнулся.
Весенний вечер был в самом разгаре, как и пробки на дорогах, но таксист умело объезжал все заторы, время от времени сверяясь с навигатором. Адам же посматривал на Билли, едва перебарывая желание взять ее за руку и надеясь, что место, куда он везет девушку, придется ей по душе, но Сэлинджер была настолько растеряна, что едва ли понимала, куда они вообще едут.
Миддлтон старался гнать из головы тревожные мысли, связанные со своей семьей, которые всегда охватывали его, когда приходилось вот так отпускать родных от себя, и концентрировал внимание на Билли, периодически посматривая на мелькающие мимо здания и магазины.
Но вскоре высотные дома постепенно остались позади и уже хорошо было видно, куда именно они едут. Вынырнув из задумчивости, Билли заинтригованно приблизилась к окну, чтобы получше рассмотреть высокие флаги и изгибы извилистых дорожек американских горок.
Почесав красный нос, Билли обернулась к Адаму, чтобы убедиться, что это не розыгрыш, и Миддлтон тут же кивнул в ответ, подтверждая, что они действительно туда едут.
Улыбнувшись, Сэлинджер отклонилась на спинку сидения и медленно выдохнула, выпустив пар накопившихся эмоций.
Пока таксист искал место на парковке, Адам повернулся к девушке и произнес:
- Я часто привозил сюда Джо раньше. Она до сих пор очень любит это место, хотя не поклонница американских горок. Но тут развлечения найдутся для каждого, - Миддлтон легко улыбнулся и, когда таксист остановился, заплатил ему двойную сумму, как и обещал. - Пойдем, - кивнул он Билли, - купим по мороженому или сладкой вате и выиграем большого медведя.
Адам вышел из машины одновременно с девушкой и перевел взгляд на высокую башню одного из аттракционов, на которой было большими буквами написано "Six Flags".
Билли бывала здесь не раз, но чаще всего - в раннем детстве, вместе с семьей, - и один раз вместе с Дэном. Правда, тот очень быстро заскучал, расстроился из-за испачканных кетчупом светлых штанов и около сорока минут разговаривал в стороне по телефону с кем-то с его работы, поэтому впечатление от последней поездки было смазано. Но сейчас Билли была готова сделать, что угодно - прыгнуть хоть в парк, хоть тигру в пасть, лишь бы отвлечься от грусти из-за отъезда семьи.
- Хочу что-нибудь поинтереснее медведя, - заметила девушка с едва заметной улыбкой, пока они с Адамом подходили к кассам, чтобы купить билеты.
- Посмотрим, что этот парк сможем нам предложить, - ответил Миддлтон. - Я был тут... хм... года три назад, уже плохо помню расположение аттракционов, но так даже лучше, - он улыбнулся и ощутил внезапное волнение, будто пришел сюда с Билли не только ради того, чтобы отвлечься от тяжелых проводов семьи, однако тут же постарался взять себя в руки.
С этим местом у Адама было связано много хороших воспоминаний. В каком бы ни была состоянии Джо, он привозил ее сюда, вел на на двухъярусную карусель (ее любимую), и глаза сестры блестели от счастья, а после она уже сама тянула Миддлтона по разным аттракционам, а затем они неизменно завершали свой путь в фудкорте, где можно было попробовать любую известную кухню мира.
- И к слову о Джо, - добавил Адам уже после покупки билетов, - красивый браслет, - Билли машинально посмотрела на свое запястье, больше не перетянутое эластичным бинтом, и подняла взгляд на парня. - Я рад, что вы поладили.
— Она у тебя прелесть, — ответила Сэлинджер, направляясь вместе с Адамом в сторону аттракционов. — Кажется такой светлой, почти невинной. А еще она, по-моему, понравилась Кирану, — как бы между делом заметила Билли и посмотрела вперед в тщетной попытке спрятать свою улыбку.
Миддлтон постепенно приходил в себя после проводов семьи и расслаблялся, внутри него уже не так болезненно кололо при мысли о родных и о том, что с каждым часом они все дальше от Адама.
"Зато в безопасности и под защитой".
А внешне Миддлтон и вовсе выглядел спокойным ровно до того момента, как речь зашла о Киране и Джо.
О Киране и Джо.
Дьявол.
- Что? - Адам нахмурился и внимательно посмотрел на Билли. - Понравилась в том самом смысле? - он понимал, что вопрос дурацкий, ведь в каком еще смысле девушка могла понравиться парню, однако слова вырвались сами собой.
- Не знаю, про какой ты смысл, - пожала плечами девушка, продолжая довольно улыбаться. - Мне кажется, они подружатся.
"Да-да, речь именно о дружбе".
- Дружба, значит, - "как же". - Вот черт, - Миддлтон резко выдохнул и сменился в лице, - и почему я об этом не подумал. Надо было с Кираном и по этому поводу беседу провести.
Адам сделал себе пометку при каждом звонке родным спрашивать у Джо насчет Кирана, чтобы сразу вычислить любые изменения в ее голосе.
- Да брось, - Билли подтолкнула Адама плечом в плечо. - Насчет Кирана можешь не переживать. В этом плане он слишком скромный. Да еще и влюблен в какую-то неприятную девчонку с его школы, что лично я не слишком поддерживаю. Кстати, что ты сказал ему в туалете? Он вернулся оттуда совершенно другим. Как минимум — более спокойным. Как ты вообще это делаешь?..
- В туалете? - Адам вынырнул из своих мыслей о своей сестре, о брате Билли и о том, к чему могут привести грядущие недели их совместного проживания, и вновь взглянул на девушку. - А… да, тот разговор.
"Надеюсь, что присутствие родителей сдержит любые симпатии Кирана", - выдохнув, подумал Адам и постарался переключиться на вопрос Билли.
- Это профессиональная тайна, - Миддлтон улыбнулся и выглядел уже гораздо спокойнее, надежно скрыв внутри свои опасения по поводу Кирана. - Но если кратко - я обрисовал ему ситуацию с той стороны, с которой твой брат ее не видел, и мы пришли к относительному пониманию.
Парк встретил Билли и Адама привычной для себя оживленностью, запахом сладкой ваты и поп-корна и атмосферой не прекращающегося праздника. К вечеру большинство посетителей, пришедших утром, уже отправлялись на выход и в самом парке народ уже не толпился так, как днем, самое время, чтобы насладиться прогулкой и аттракционами без больших очередей.
Адам взял небольшую карту на входе, чтобы освежить в воспоминаниях местную географию, и произнес:
— Нам нужно встряхнуться, поэтому предлагаю начать сразу с горок, думаю "Американский орел", как раз то, что нужно, а потом можно и повисеть вниз головой на горках "Бэтмена". Ну что, ты готова немного покричать? — Миддлтон повернулся к девушке.
— Только если от восторга, — невинно отозвалась Сэлинджер, рассматривая со стороны предложенный ей аттракцион.
— Тогда дамы вперед.
Обширная территория парка позволяла как следует прогуляться, осмотреться, и за время, пока они шли до горок, Адам приметил еще парочку аттракционов, в том числе и тир, где как раз можно будет потренировать Билли в стрельбе.
— Знаешь, а тут почти ничего не изменилось. Мы обычно всегда останавливались вон у той палатки с мороженым, — Миддлтон указал в сторону аттракциона с большой лодкой. — Джо никогда не решалась залезть на эту качающуюся лодку, но всегда с интересом наблюдала за процессом. А нам сюда, — он повернул к пропускному пункту, ведущему к "Американскому орлу".
Как только они прошли контроль и оказались рядом с вагонеткой, Билли тут же потянула Адама в сторону передних кресел.
— Будем смотреть все с первого ряда, — с заметным воодушевлением проговорила девушка, усаживаясь на одно из сидений. — А если, правда, захочешь кричать, — внезапно добавила Сэлинджер и посмотрела на Адама, пока сотрудник аттракциона закреплял на ней защитную перекладину, — я с радостью составлю тебе компанию.
Ведь это отличный способ высвободить накопившиеся эмоции на свободу.
От взгляда и слов девушки, Миддлтон прищурился и стал похожим на довольного кота, которого только что досыта накормили и почесали за ухом.
- Ну, вообще, я хладнокровный и сдержанный агент, - совершенно невинно заметил Адам, - и особо кричать не привык, только в случае, когда всем необходимо оставаться на своих местах, - он пожал плечами. - Но, думаю, здесь, - Миддлтон улыбнулся, - стоит покричать от всей души.
Следующий час пролетел незаметно. Билли и Адам меняли аттракцион за аттракционом, не скупились на выражение эмоций при заходе на очередную экстремальную горку и впервые за последние дни не думали ни о расследовании, которое занимало большую часть их мыслей, ни о чем другом, что не касалось их нахождения в этом парке. В какой-то момент Билли даже не выдержала, распустила волосы, стянутые в хвост, и облегченно выдохнула, словно добавила себе еще немного свободы. Как бы там ни было, но у Адама действительно получилось отвлечь девушку от грустных мыслей, хотя Сэлинджер иногда все же посматривала на свои часы с трещиной на стекле и сверялась со временем, подсчитывая, сколько еще будет длиться перелет ее родных, но с раз за разом Миддлтон умудрялся возвращать внимание Билли к себе или к очередному аттракциону, поэтому час спустя, выйдя с повторного захода на "Американского орла", девушка шумно выдохнула и, положив ладонь на грудь Адама, покачала головой:
— Пожалуй, мне нужен перерыв, — она усмехнулась и убрала руку. — Что ты там говорил про мороженое и медведей?..
Миддлтон, совершенно довольный происходящим, улыбнулся от прикосновения девушки и кивнул:
- Перерыв поддерживаю. Есть у меня одна идея, - он смотрел на Билли, раскрасневшуюся от скорости, с светящимся от эмоций взглядом, и не мог налюбоваться. - Хочу потренировать тебя в стрельбе. Но сначала за мороженым, как раз успеем съесть по пути к тиру.
Расплатившись за мороженое у ближайшей палатки со сладостями, Адам еще купил по бутылке воды (после того, как он чуть не сорвал голос на горках, пить хотелось ужасно) и одну из них передал Билли.
К тиру они подошли как раз вовремя, когда предыдущие посетители уходили, а новые еще не собрались в очередь. Смотритель аттракциона выдал Адаму пару очков и небольшой пневматический пистолет, которые Миддлтон затем переложил в руки девушки.
- Я первая? - удивилась Билли и рассмотрела "оружие" с разных сторон.
- Да, сразу приступим к делу, - кивнул Адам. - Это, конечно, не настоящее оружие и по весу гораздо легче, но для тренировки подойдет, - Миддлтон шагнул за спину Билли, чтобы помочь правильно встать перед выстрелом.
- Поверь, я знаю, какое настоящее оружие на вес, ведь твое... - Сэлинджер заикнулась и притихла, как только парень оказался прямо за ее спиной.
- Возьми пистолет обеими руками,- начал инструктаж Миддлтон, - встань как можно устойчивее, - он положил руки девушке на талию и чуть потянул на себя, выравнивая ее стойку, из-за чего Билли буквально потеряла дар речи, - бедра прямо, ноги на ширине плеч. Вот так, верно, - Адам окинул девушку оценивающим взглядом со спины и кивнул. А вот Сэлинджер едва ли могла слышать его слова из-за слишком громко бьющегося в груди сердца, эхом пульса отдававшегося в ушах подобно гигантским барабанам. - Теперь прицелься, - с трудом, но Билли постаралась выполнить указание, пытаясь спрятать дрожь в руках, - вдох, нажимаешь на спусковой крючок, выдох. И главное, не напрягай мышцы, расслабься. - "Тогда лучше отойди от меня, Миддлтон!" - А теперь попробуй выстрелить, - он, к облегчению девушки, все же отошел чуть в сторону, чтобы не мешать ей тренироваться, и перевел взгляд на мишени.
"Так, что он там говорил?.. - попыталась припомнить Сэлинджер и перевела взгляд на мишень. - Прицелиться. Вдохнуть. Нажать на спусковой крючок".
Первый выстрел попал совсем рядом с центральной мишенью, но так и не задел ее край.
- Сколько у меня попыток? - поинтересовалась Билли, скептически поглядывая на след в стене от попадания в мишень.
- Первые пять патронов твои, - улыбнулся Адам, поймав себя на мысли, что смотрит на Билли дольше положенного, поэтому сразу же вновь перевел взгляд на мишени.
Следующие четыре выстрела порадовали ее еще меньше: три так и не задели ни одну из целей, а еще один - почти сбил все ту же центральную мишень, однако она продолжила упрямо стоять на своем месте. Оставшись недовольной результатом, Сэлинджер поправила очки на носу, повернулась к Адаму и сдула воображаемый дым с дула пистолета.
- Итак, если мы хотим подстрелить преступника, то у нас без шансов. А если хотим расстрелять всех, кто будет стоять рядом с ним - просто наберите мой номер, - Билли расплылась в улыбке и хохотнула.
- Ничего, все это дело тренировки. И мы обязательно еще постреляем в... эм... другом тире, - Адам едва не сказал, что в тире Бюро, но вовремя удержался. - К тому же у этого пистолета явно немного сбит прицел из-за большого количества посетителей, тут надо как следует пристреляться. Давай я попробую.
Адам взял у девушки оружие, занял привычную стойку и выстрелил.
- Так, интересно, - задумчиво пробормотал он, видя, как пуля задела мишень, хотя должна была попасть по ее центру.
Сделав еще пару пробных выстрелов, Миддлтон приноровился к слишком легкому пистолету, и обратился к Билли:
- Кажется, я разгадал тайну этого оружия, - улыбнулся Адам.
- Тайну? - заинтригованно переспросила девушка.
- Смотри.
Миддлтон посчитал количество мишеней и докупил еще по патрону на каждую, чем вызвал скептическую улыбку смотрителя аттракциона - молодого парня лет двадцати трех на вид. Но уже через минуту, когда Адам попал по всем, даже самым сложным мишеням, улыбка на лице продавца заменилась крайне удивленным выражением, в то время как Билли смотрела на все это с плохо скрываемым восторгом.
- А вы неплохо стреляете, - почесав затылок, выдал он.
- Ну, тут дело техники, - как ни в чем не бывало пожал плечами Миддлтон, с трудом скрывая довольную улыбку, чем вызвал у очнувшейся от ступора Билли негромкую усмешку, - я просто понял, как нужно целиться с этого... своенравного пистолета.
- Надеюсь, сэр, вы никому об этом не расскажете, - понизив тон, проговорил продавец.
- Никому ни слова, - пообещал Адам, - честное скаутское.
Продавец прищурился, пристально смотря на Миддлтона, но через несколько секунд все же кивнул и хитро улыбнулся:
- Тогда выбирайте приз. По количеству ваших очков вы можете забрать самого большого медведя, вон того, - продавец указал на внушительных размеров игрушку, которая явно была в половину роста Билли, если не больше.
Адам посмотрел на Сэлинджер, припоминая ее слова о том, что ей хочется что-то поинтереснее медведя, и покачал головой:
- Нет, он слишком огромный, - Миддлтон осмотрел все игрушки и заметил в углу средних размеров, но очень милого вида плюшевую собаку в надетой на нее ковбойской шляпе. - А что насчет того приза? - Адам указал в сторону собаки, от вида которой у Билли загорелись глаза.
- Э, нет, - покачал головой продавец. - Она в конкурсе не участвует.
Сэлинджер скрестила руки на груди и покачала головой.
"Так не интересно".
- Хм, тогда почему она стоит тут на самом виду? - Адам так просто сдаваться не собирался, особенно заметив, как Билли смотрит на игрушку.
- Ее никто не забирал целый год, и мы сделали ее талисманом этого места, - пожал плечами парень.
- Думаю, она как раз все это время дожидалась нас, - спокойно продолжил Миддлтон. - К тому же, я выбил все мишени, скажи, кто еще делал тут подобное за последние... хм... полгода?
- Эм... - продавец "завис", старательно припоминая все случаи за последние месяцы, и, наконец, пожал плечами. - Вы первый.
Помявшись еще немного, парень почесал затылок и, после недолгих, но тщательных размышлений, в итоге сдался.
- Ладно, она ваша, - вздохнул и снял собаку с крепления на полке, после чего протянул игрушку Адаму. - Ковбойская шляпа идет в комплекте, но снимается при желании.
Миддлтон кивнул, улыбнулся и принял выигранный приз из рук продавца.
- Спасибо, друг, и хорошего дня, - произнес Адам и, отойдя от тира, передал собаку сияющей Билли. - Держи, теперь этот ковбойский пес твой. Небольшой бонус на память о сегодняшних уроках стрельбы, - Миддлтон надеялся, что ему все же удается скрыть свой слишком довольный вид, но уже в следующий момент Билли приподнялась повыше и оставила на щеке Адама легкий поцелуй. Миддлтон замер от неожиданности и удивленно вскинул брови, чувствуя, как от прикосновения губ Билли вспыхивает не только щека, но и разгорается пламя в груди.
- Спасибо, - поблагодарила его девушка, опускаясь обратно, а затем сняла шляпу с собаки и надела ее себе на голову. - Может, и это буду носить время от времени, - как бы между делом заметила Сэлинджер.
Стараясь утихомирить мощный всплеск эмоций, который явно собирался сейчас полностью затмить разум Адама, Миддлтон пытался не думать о том, насколько мечтательное у него выражение лица. Он вообще в этот момент мало о чем думал, только о том, что готов дать Билли все, что она пожелает, если каждый раз его будет встречать счастливый блеск в ее глазах и поцелуй в награду.
- А тебе идет, - наконец, чуть хрипло проговорил Адам, надеясь, что голос сел из-за криков на горках и только по этой причине, - носи ее почаще. И пожалуйста, эта собака правда ждала именно нас, а точнее - тебя.

0

4

Прижимая к себе собаку, как настоящее сокровище, Билли никак не могла перестать улыбаться (да и не сильно хотелось).
- Я придумаю ему имя и буду спать на нем, вместо подушки, - заверила Адама девушка, рассматривая плюшевую игрушку с разных сторон.
"Пушистый засранец, - усмехнувшись, подумал Адам. - Только появился и уже занял место на кровати".
- Подержишь его немного? - попросила девушка, протягивая Миддлтона собаку. - Хочу помыть руки после стрельбы и мороженого, чтобы не испачкать этого милаху.
Вручив Адаму игрушку и надев ему на голову ковбойскую шляпу, Билли задержала взгляд на парне, скромно улыбнулась и, все же развернувшись после недолгой паузы, направилась в сторону ближайших туалетов, ощущая затылком, как Адам смотрит ей вслед.
"Хватит так откровенно улыбаться, Билли. Как будто миллион выиграла, успокойся уже", - думала она, направляясь к небольшому одноэтажному строению на окраине парка.
- Пэм, прекрати! Слезай оттуда! - раздался неподалеку девичий голос, на который Билли сначала не обратила никакого внимания.
- Всего одно селфи! - прозвучал упрямый ответ.
Сэлинджер тихо усмехнулась и покачала головой. Кто-кто, а Билли была далека от всех этих селфи, как Луна от Земли. Она и в Инстаграм-то свой в последний раз заходила около месяца назад, хотя сегодняшний вечер ей почему-то внезапно захотелось запечатлеть на память.
"Нужно будет сделать хотя бы одну фотографию перед уходом", - подумала девушка, подходя к зданию с туалетами.
- Пэм, не надо! - продолжала возмущаться какая-то девчушка. Судя по голосу, он исходил от расположенного неподалеку, но закрытого на ремонт аттракциона.
Но не успела Билли коснуться рукой двери, как все с той же стороны раздался громкий вскрик, а затем - звук глухого удара.
- Пэм!!
Сорвавшись с места, Билли бросилась на голос и как только свернула за угол здания, то увидела за открытым по непонятной причине забором, отделявшим аттракцион от основной территории, двух девушек лет пятнадцати на вид, одна из которых лежала на асфальте, а вторая испуганно дергала на себе волосы и плакала.
- Пэм, Пэм! - повторяла она, захлебываясь от слез. - Кто-нибудь, помогите! - закричала девушка.
Не тратя время на вопросы, Билли открыла дверь и забежала на территорию аттракциона.
"Боже".
Лицо Пэм было залито кровью, обильно текущей из глубокой раны на лбу, а руки и грудная клетка были содраны о балки. Похоже, что девушка забралась на металлическую конструкцию и по неосторожности сорвалась вниз. Чтоб этих фанатов "уникальных" селфи.
- Я говорила ей лезть! - плакала подруга Пэм.
- Звони в скорую, - скомандовала Сэлинджер, опускаясь на асфальт рядом с пострадавшей, и первым делом проверила ее пульс. - Она жива, звони в скорую, быстро! - почти крикнула Билли и попыталась оценить масштаб беды.
Судя по ране, дела Пэм были действительно плохи, и не факт, что девушка протянет до приезда скорой помощи.
"Нужно немного времени. Совсем немного времени", - с отчаянием подумала Билли, в легкой панике оглядываясь по сторонам, и уже в следующий момент достала свой телефон и набрала номер Миддлтона, сомневаясь, что парень слышал крик из-за громкой музыки в парке.
- Да, Билли, слушаю тебя.
- Адам, я на закрытом аттракционе за туалетами, - затараторила Сэлинджер в телефон. - Здесь девушка сорвалась с трубы и сильно пострадала, мы уже позвонили в скорую, но они могут не успеть. Срочно приведи любую помощь, она долго не протянет.
- Понял тебя. Сейчас буду.
Сбросив звонок, Билли убрала телефон в карман куртки и склонилась над пострадавшей Пэм, подруга которой продолжала рвать на себе волосы в стороне.
- Не истери, с ней все будет хорошо, - пообещала Сэлинджер, примерно понимая, что только что соврала ради успокоения другого человека. Ничего не будет хорошо, если Пэм не помочь прямо сейчас.
Где-то вдалеке к закрытому аттракциону уже спешили люди, найденные Адамом, но и этого могло оказаться недостаточно.
Билли еще раз осмотрела раны пострадавшей, быстро переместилась к ее голове и села так, чтобы зафиксировать ее между своих коленей.
- Держись, Пэм, - проговорила Сэлинджер и, склонившись над девушкой так, чтобы ее частично закрывали волосы Билли, она положила ладони на лицо Памелы и прикрыла глаза.
Первое, что ощутила Сэлинджер - легкое покалывание во лбу. Затем - сильный укол боли там же, за которым по вискам ударила такая сильная мигрень, из-за которой Билли едва не закричала в голос, но смогла удержаться, крепко сцепив зубы и зажмурившись.
Царапающая боль зацепила руки и оставила следы под светлой футболкой на грудной клетке, к горлу подкатила тошнота, на губах появился металлический привкус, а по лбу начала стекать неровная дорожка крови.
"- Ты чертова эгоистка! - раздался в голове Билли крик Габриэллы. - Ты могла помочь ей! Но ты думала лишь о себе - и так всегда было!"
- Неправда, - тихо процедила сквозь зубы Билли, не заметив, как по ее лицу, испачканному в собственной крови, потекли слезы.
"- Не смей. Если ты сделаешь это, я никогда не прощу тебя", - эхом пронесся в ее голове еще один до боли родной голос.
Мысли, окружающие звуки, чувство боли во всем теле и парад слишком разных эмоций, сплелись воедино и превратились в разрушительный торнадо, закрутивший Билли в своей воронке, и Сэлинджер слишком поздно заметила, как рядом появились люди, трое из которых были местным врачами. Она продолжала сидеть, склонившись на Пэм, и держала ладони на ее лице до тех пор, пока не почувствовала слабость во всем теле. Над ухом раздался знакомый голос, но слова долетали до Билли обрывками, и кто-то поднял Сэлинджер с асфальта, взяв под руки, а Пэм передал врачам.
Машинально, но очень слабо оттолкнув от себя человека, которым оказался Адам, Билли сделала несколько слабых шагов вперед, в тумане двоящихся изображений, не понимая ничего из того, что происходит вокруг, но отчаянно пытаясь уйти как можно дальше от места происшествия, чтобы никто не заметил, что она сделала. Но уже через несколько секунд Билли перестала различать происходящее перед глазами и, схватив за руку Миддлтона, слова которого пропадали где-то за шумом пульса в ее ушах, окончательно ослабла и потеряла сознание.

Адам подхватил Билли на руки, не понимая, что именно произошло. Девушка звонила ему и сообщила, что кто-то сорвался с трубы, но в итоге сейчас выглядела так, будто упала сама: рана на лбу, ссадины на груди, кровь от которых проступала сквозь светлую футболку, содранные руки кровь под носом. Насколько мог судить Миддлтон, точно так же выглядела и лежащая на асфальте девушка-подросток, раны которой он успел заметить, пока отводил от нее Билли. Но сейчас не было времени разбираться в происходящем. Адам задвинул все свои эмоции как можно дальше, чтобы они не затмевали сейчас разум, и отнес Билли подальше от собравшейся толпы. Он действовал быстро и четко: в несколько шагов оказался у ближайшей скамейки, сел на нее вместе с Билли и тут же набрал девять-один-один, вызвав скорую. К нему подходили взволнованные посетители, предлагали помощь, и пару человек Адам все же отправил за местными медиками, а остальных попросил не толпиться и проходить мимо.
- Билли, что же произошло? - Миддлтон, в ожидании скорой, еще раз осмотрел раны и убрал волосы со лба девушки, мягко проводя пальцами по ее щекам. - Ты только держись, помощь уже в пути, - голос его дрогнул на секунду, и Адаму пришлось стиснуть зубы, чтобы вернуть себе хладнокровие. И все это время Миддлтон настолько крепко сжимал в руке, находящейся под коленями девушки, собаку (шляпу он ей вернул сразу после звонка Билли), что не заметил, как сильно побелели пальцы.
Первыми подоспели местные медики, а после приехала скорая. Адам осторожно положил Билли на кушетку (которую оперативно подкатили санитары), не обращая внимания, что его рубашка перепачкана в крови.
- Вы родственник? - спросил врач перед тем, как пустить Миддлтона в скорую.
- Да, - нисколько не колеблясь выдал Адам, - я жених, - он прекрасно знал, что если скажет друг, знакомый, коллега или еще что-то, то его отправят до больницы своим ходом, а Билли Миддлтон сейчас оставить никак не мог.
- Отлично, - кивнул врач, садясь в машину, - давайте с нами, расскажете по дороге, что произошло.
Адам осторожно сжал собаку, стараясь не испачкать ее в крови и забрался в скорую, сев на небольшую скамейку. Он внимательно наблюдал за тем, как санитары работают с Билли, оказывая первую помощь, как разрезают футболку, чтобы осмотреть раны на груди и подключают ее к пульсометру. Миддлтону казалось, что это все какой-то страшный сон и на самом деле, он задремал на скамейке в парке в ожидании Билли, которая вот-вот вернется и разбудит его. Однако звук приборов и слаженные действия медицинского персонала доказывали, что все происходящее - реально, поэтому Адам не давал себе ни секунды слабины и коротко и по делу отвечал на вопросы медиков (они гуляли, девушка отошла, а потом, похоже упала, сам Адам ничего не видел, пришел лишь, когда уже все произошло).
- Состояние стабильное, - сообщал ему врач по мере осмотра, - внешние повреждения не так страшны, как выглядят. Но мы не можем сказать точно без полного обследования.
- Да, я понимаю, - все так же спокойно отвечал Адам, и его тон на фоне побледневшего лица и горящего беспокойством взгляда звучал пугающе.
Миддлтон почти не помнил, как доехали до больницы, лишь томительное ожидание результатов обследования, когда он ходил по коридору и постоянно прислушивался к происходящему вокруг, но в итоге взял себя в руки и сел в кресло, стараясь от всего отключиться.
Адам не знал точно, сколько прошло времени, по его мнению, так целая вечность, когда в коридоре показался лечащий врач Билли.
- Вы Миддлтон?
Адам кивнул.
- Как она? - задал он вопрос, который мучил его с самого парка.
- Все хорошо. Внешние раны не глубокие, внутренние повреждения незначительные. Ничего жизненно важного не задето. Томограмма у вашей невесты хорошая. Сейчас мы вкололи мисс Сэлинджер успокоительное, ей нужно как следует отдохнуть. Ночь мы за ней понаблюдаем и, скорее всего, на утро уже выпишем.
В этот момент у Адама словно десятитонный груз с плеч упал. Он тихо выдохнул с облегчением и ощутил, как постепенно с тела спадает напряжение, и волной накатывает сильная усталость.
- Спасибо, доктор, - Адам, наконец, позволил себе немного расслабиться. - Вы не представляете, как я рад это слышать.
- Ей повезло, - добавил врач, - падение могло закончится гораздо хуже.
- Да… падение, - в этот момент на ум Адама внезапно пришли раны той девушки, лежащей на асфальте, полностью идентичные повреждениям Билли, насколько он успел заметить.
И это было уже не первое подобное "совпадение". До этого Миддлтон лично был свидетелем того, как невероятным образом рана на руке Кирана пропала, а Билли порезалась в том же месте, а потом еще тот боец с гвоздем в шее, и та же рана на шее девушки. Но главным во всем этом хороводе на первый взгляд случайных событий было собственное состояние Адама после того, как Билли его ударила. Перед сном Миддлтон крепко обнял девушку, а после ощутил, что ему стало немного легче. На Билли не появилось дополнительных ссадин, но…
Теперь все кусочки в голове Миддлтона сложились воедино, и стало ясно, что происходило каждый раз, когда раны других появлялись на девушке.
- Миддлтон!
Адам вздрогнул, выныривая из своих мыслей, и вопросительно посмотрел на врача:
- Что? Простите, я кажется, задумался.
- Я говорю, вы сами как? - доктор присмотрелся к Адаму и задумчиво свел брови. - Вид у вас так себе. Давайте-ка домой и отоспитесь, а завтра заберете ее из больницы.
- Нет, - ответ будто резко разрезал окружающее пространство, а глаза Адама вспыхнули, но он тут же взял себя в руки. - Нет, доктор, - добавил Миддлтон уже спокойнее, - я останусь. Скажите только, можно к ней?
Врач окинул Адама скептическим взглядом и покачал головой.
- Можно, только не беспокойте ее. Но сначала вам нужно смыть с себя кровь. Туалет прямо по коридору и направо. Если что-то еще понадобится, можете обращаться к медсестрам. Через несколько часов я вернусь к вашей невесте и еще раз ее осмотрю, а пока отдыхайте - вы оба.

Адам сжимал окровавленными пальцами края раковины, старался дышать, как можно глубже и едва сдерживал порыв закричать во весь голос от несправедливости произошедшего. Сейчас они с Били должны были и дальше покорять экстремальные горки, проверять друг друга на точность стрельбы в разнообразных тирах, оценивать более "мирные" аттракционы вроде каруселей и, конечно, выдавать экспертное мнение по еде в фудкорте парка и разнообразным видам мороженого, а еще обязательно совсем немного спорить по поводу имени собаки. Но вместо атмосферы праздника и настроения свободы, запаха сладостей и громкой музыки - их настигла оглушающая тишина больницы, прерываемая лишь сообщениями медперсоналу по громкоговорителю, и… кровь. Адам за весь свой немалый опыт работы в Бюро повидал достаточно, чтобы воспринимать кровь, как просто часть человеческого организма, не более того. Но сейчас он с трудом мог смотреть на свои руки.
Придя в туалет, Миддлтон отложил плюшевую собаку в сторону, открыл воду, но до сих пор и пальца не намочил, сжимая края раковины так сильно, что грозился просто раздавить их в мелкую крошку. Так Адам пытался хоть немного унять дрожь в руках, успокоиться, но выходило у него очень плохо. Вода лилась из открытого крана, а Миддлтон думал лишь о том, что если разожмет пальцы, то точно с силой ударит по зеркалу, разбивая его вдребезги, лишь бы только не встретиться с собственным виноватым и беспокойным взглядом в отражении.
Прошло всего пару часов, как семьи Адама и Билли вылетели в Мексику, всего пару часов с того момента, как Миддлтон с железной уверенностью пообещал семье Сэлинджер, что защитит девушку во что бы то ни стало, но не успел самолет приземлиться в пункте назначения, как Адам уже едва с треском не нарушил данное слово. Он и понятия не имел, на что способна Билли, иначе еще на моменте звонка девушки строго настрого предостерег бы ее что-то делать. Конечно, Билли вряд ли осталась бы в стороне, когда жизнь другого человека висела на волоске, и Адам понимал порыв девушки, потому что сам на ее месте поступил бы так же, однако цена подобного "спасения" была слишком высока. В один миг Миддлтон едва не потерял самого дорого человека, которого должен был защитить любой ценой, потому что позволил себе выдохнуть и расслабиться.
"Отлично, мужик, просто... прекрасно. А если бы там был маньяк?"
Адам тихо зарычал и уперся лбом в зеркало, стараясь успокоить бурю внутри себя.
"К черту это все, - подумал он, аккуратно разжимая края раковины, - главное, что Билли жива и сейчас мирно спит в палате. А ведь все могло быть намного хуже".
Гораздо хуже.
Шипя от боли в занемевших пальцах, Миддлтон выдохнул, оставляя влажный след на зеркале, и вновь выпрямился, отпуская раковину. При беглом взгляде на свои окровавленные руки, Адам тихо зарычал и все же подставил пальцы под струю воды, продолжая игнорировать свое бледное отражение в зеркале.
Кровь струилась по его рукам, алым окрашивая белую раковину, а Миддлтон в этот момент шипел так сильно, будто смывал с себя кислоту. Мысли о том, что эти кровавые следы должны остаться на пальцах Адама, как напоминание о его беспечности, не покидали голову Миддлтона до тех самых пор, пока из-под его рук вновь не побежала прозрачная вода.
И как только это произошло - ему стало немного легче. Тугой узел в груди Адама ослаб, дав Миддлтону возможность сделать глубокий вдох, от которого тот все равно болезненно поморщился. Внутри все еще будто крутилась циркулярная пила, готовая перемолоть все, что попадется у нее на пути.
Закрывая кран, Адам старался сдерживать и свои эмоции, и свое желание выпить чего-нибудь покрепче. Он лишь на миг встретился взглядом с собственным отражением, в котором все еще читалась сложная смесь чувств и ощущений.
"Я едва не потерял ее, - мелькнуло в голове Адама уже в раз сотый за последний час. - И я несу за это полную ответственность. Я не допущу, чтобы подобное вновь повторилось".
Миддлтон крепко сжал мокрые руки в кулаки и все же задержал взгляд на себе. Все разумные доводы, которые генерировал сейчас его аналитический ум вроде: "хорошо, что он был рядом и успел помочь" - нисколько не успокаивали. Поэтому Миддлтон плюнул на все, вытер руки насухо бумажным полотенцем, забрал игрушку и вышел из туалета, проигнорировав даже то, что своим прикосновением он заляпал зеркало (и в другом случае парень бы обязательно все отмыл за собой, в своей обычной манере стремлению к чистоте, но сейчас ему на это было абсолютно все равно). Единственное, чего сейчас хотел Миддлтон - это своими глазами убедиться в том, что с Билли все в порядке, сесть рядом с ней и не отходить до самого утра, пока девушка не проснется. Поэтому, когда он оказался в коридоре, все, кроме заветной двери в палату Билли, прошло мимо его внимания. Адам не заметил ни пациентов, ни медсестер, проходящих рядом. Миддлтон вынырнул из своих мыслей только тогда, когда ощутил гладкую поверхность дверной ручки и вошел в палату, на миг замирая на пороге.
Здесь стояла все та же густая тишина, как и в коридоре, прерываемая лишь пиканьем приборов. Адам столько раз бывал в палатах у коллег или свидетелей, что сразу бросил взгляд на мониторы, убеждаясь, что показатели Билли в норме, как минимум те, которые Миддлтон мог прочесть.
Он аккуратно прошел ближе к девушке и, видя ее - мирно спящую на кровати, наконец, позволил себе выдохнуть с облегчением. И от понимания, что ей действительно больше ничего не угрожает, а произошедшее сегодня уже позади, Адам ощутил, как от внезапного прилива нежности ему хочется оказаться еще ближе к Билли, и теперь у парня нет никаких сил бороться с этим желанием. Миддлтон немного наклонился и легко коснулся губами лба девушки, стараясь не задеть шов.
- Не пугай меня больше так, - тихо прошептал Адам. - Поправляйся поскорее, а я и мой плюшевый друг, - Миддлтон посмотрел на собаку в своих руках и аккуратно положил ее с противоположной от себя стороны у бедра Билли, - проследим, чтобы никто не потревожил твой сон.
Игрушечный пес все-таки немного запачкался в крови, и Миддлтон наказал себе после выписки Билли обязательно отдать собаку в химчистку.
- Отдыхай, - произнес он, продолжая говорить с Билли. - Я здесь, если ты вдруг проснешься ночью. Я… всегда здесь.
Адам осмотрелся по сторонам в поисках стула или чего-то в этом роде и на свою удачу обнаружил кресло, которое тут же подкатил (хвала колесикам) к кровати Билли. Но честно говоря, он готов был уснуть и на полу по старой доброй традиции. Рядом с девушкой Миддлтону стало немного спокойнее, теперь он видел, что с Билли все относительно в порядке и мог немного расслабиться. Сейчас так хотелось с ней поговорить - о чем угодно - лишь бы только услышать ее голос, увидеть улыбку или хмурый взгляд от очередной шутки Адама в стиле: "вот мы и сделали первый серьезный шаг - завели собаку, пока игрушечную, но советую не останавливаться", но все это возможно было только утром. Поэтому Миддлтон удобнее устроился в кресле и достал свой телефон, надеясь немного поработать. Но мозг отказывался воспринимать информацию: тяжелые проводы семьи, случившееся с Билли - после всего нервная система Адама требовала отдыха и перезагрузки. Он еще успел изучить пару отчетов (упрямец) до прихода врача, однако после отложил телефон.
Доктор вопросительно посмотрел на собаку, но ничего не сказал, и приступил к осмотру, заставляя Адама замереть в ожидании. Однако ухудшений в состоянии Билли не наблюдалось, показатели действительно были в норме, и Миддлтон вновь немного расслабился.
После ухода врача отзвонились семьи, чему Адам сейчас был особенно рад. Он не показывал своих опасений, старался переключиться и отвлечь Билли, но только сейчас во время звонка действительно мог отодвинуть в сторону все свои тревоги относительно перелета родных. Миддлтон немного поговорил с матерью и сестрой, невольно прислушиваясь к их голосам, но сейчас не слышал в них ничего, кроме усталости от перелета. Когда к телефону попросили Билли, Адам сказал, что она уже спит и обязательно свяжется с близкими завтра - тревожить родных девушки не самыми лучшими новостями Миддлтон точно не собирался.
После разговора с семьей и подтверждения, что полет прошел нормально, Адам выдохнул на время и отбросил мысли вернуться к работе (глаза уже закрывались сами собой). Но перед тем, как он незаметно для себя сложил руки на кровати и лег на них, погружаясь в сон, Миддлтон вспомнил самое лучшее, что произошло в этот день — блестящие от счастья глаза Билли и ее легкий поцелуй.

+1

5

Во сне она видела свой дом и слишком ярко, на грани реального, ощущала, как сильно хотела бы вернуться в детство, где все было проще, краски ярче, поступки смелее, а люди - гораздо понятнее. Билли хотела бы никогда не взрослеть и чтобы вся семья, включая тетю Лидию, всегда была рядом. А еще ей хотелось сказать Тому Корнеллу, мальчишке из дома напротив, что он "дурак", ведь никогда не понимал, что нравился ей, хотя свою симпатию Билли всегда доносила довольно своеобразно, и, еще будучи ребенком, демонстрировала ее посредством прикосновений, что неизбежно перешло вместе с ней во взрослую жизнь.
Лидия была первой, кому на тот момент десятилетняя Билли доверила свой секрет, и она же прошла вместе с ней долгий путь осознания юной Сэлинджер самой себя и своего необычного таланта, который, по общей семейной договоренности, было решено держать в секрете, ведь на тот момент малышка Билли не понимала, что окружающий мир порой может быть очень жесток - особенно к тем, кто встречает его с открытым сердцем и подставив ему свою спину. Но Лидия не хотела растить племянницу с чувством досады и разочарования в этой светлой детской душе и поэтому наделила непростую правду гораздо более приятным смыслом о необходимости защищать свою семью и близких людей.
"Но если это во благо, то почему мне так больно?"
Билли не могла найти ответ очень долго, а позднее, смирившись, и вовсе перестала задавать один и тот же вопрос по тысячному разу, время от времени в своих снах возвращаясь в детство, где единственной "проблемой" был "ничего не понимающий" Томми Корнелл.
Но сегодня все изменилось.
Билли не помнила, почему ей вдруг стало страшно, и она с трудом различала предметы и лица вокруг, зато хорошо видела сгущающуюся темноту, которая напугала ее настолько, что Билли не выдержала и, сев на пол, обхватила худые коленки. покрытые синяками после многочисленных падений, тонкими детскими ручками, и просидела так до тех пор, пока не появился Корнелл.
Томми посмотрел на Билли непривычно светлыми глазами (ведь, сколько его знала Сэлинджер, они всегда были насыщенного карего цвета), тепло улыбнулся и неожиданно протянул ей плюшевую собаку, в которую Билли вцепилась, как в спасательный круг, и крепко прижала к груди, подняв взгляд на Томми и на секунду испугавшись, что он уйдет, и ей придется остаться здесь совершенно одной.
- Я здесь, - произнес Корнелл внезапно взрослым и очень знакомым голосом. - Я всегда здесь.
Еще крепче обняв собаку, юная Сэлинджер облегченно выдохнула и уткнулась лицом в игрушку, не желая в тот момент ничего сильнее, кроме того, чтобы этот кошмар поскорее закончился.
И вскоре он действительно прошел.
Несколько часов спустя Билли медленно и слабо приоткрыла глаза и окинула сонным, ничего не понимающим взглядом незнакомый потолок, не представляя, где она находится. На ее квартиру непохоже. На квартиру Адама - тоже. На почве недопонимания в сонный разум проникли пугающие мысли о похищении, и девушка едва не сорвалась с кровати, но стоило ей увидеть рядом с собой спящего Адама, как весь страх тут же исчез.
"Я в больнице", - дошло до Сэлинджер несколько секунд спустя, и Билли облегченно выдохнула, но уже в следующий момент поморщилась от легкой ноющей боли в висках и во всем теле.
Следом пришло осознание произошедшего - вместе со смазанными картинками прошлого вечера, который закончился пугающе неприятно.
Бросив сонный взгляд на лежавшую с другой стороны от Адама выигранную им плюшевую собаку, Билли улыбнулась уголками губ и притянула игрушку поближе к себе.
"Я здесь. Я всегда здесь", - раздалось в ее голове эхо увиденного сна, и девушка, беззвучно выдохнув, отвела взгляд в сторону, но почти сразу вновь посмотрела на Адама, спящего на своих руках вместо нормальной подушки.
"Тебе же неудобно..." - с грустью подумала девушка, продолжая рассматривать Миддлтона: его взлохмаченные светлые волосы, такие же светлые брови, следы от морщин рядом с глазами и в уголках рта, которые доказывали, что "серьезный и важный Мистер Агент" любит смеяться; и... след от удара битой. Уже поджившая ссадина все еще напоминала о той ночи, когда Билли приняла Адама за преступника, а после, стараясь поправить последствия нанесенного удара, едва не задохнулась от охвативших ее чувств и эмоций, так не вовремя сорвавшихся с цепи, что едва не довело Сэлинджер до поспешного шага.
И вот... опять.
Чем дольше Билли смотрела на Адама, мирно спящего рядом на кресле и охраняющего ее покой, тем сильнее ей хотелось осторожно разбудить его и поделиться местом на своей кровати, вот только едва ли там смогут удобно лечь два взрослых человека. О своем комфорте девушка думала в последнюю очередь, но Адам ведь очень упрям - совсем как Билли, - он не позволит ей спать в стесненных условиях и лучше сам предпочтет нечто похуже, отдав ей лучшее, что есть у него в данный момент.
Это осознание вспыхнуло внутри нее ярким теплым чувством, заставив сердце вопреки всем "но" биться в два раза быстрее, и Билли не заметила, как в ее взгляд, полный благодарности, добавилась и нежность, а рука сама потянулась к голове Адама, чтобы, едва уловимо коснувшись волос парня, мягко и заботливо провести по ним пальцами, стараясь не нарушить его сон.
"Ты остался рядом. Остался, несмотря ни на что".
Сэлинджер прекрасно понимала, что не выдержала бы нахождения в этой больнице, если бы осталась здесь одна, и непременно сбежала бы сразу, как только выдалась бы возможность. Но сейчас рядом был Адам, и все ее прошлые страхи умолкали, их голоса становились тише, а влияние постепенно слабело, оставляя место для тепла и совершенно искреннего желания позаботиться о другом человеке.
"Адам кажется очень сильным... - говорила в ее воспоминании Джо, - но иногда мой брат тоже нуждается в поддержке".
Он действительно упрям - и в этом они так сильно похожи с Билли.
"Мне кажется, тебе он позволит о себе позаботиться".
Прокручивая в голове слова Джо, Сэлинджер вновь провела пальцами по волосам Адама, но внезапно парень немного нервно заерзал на месте.
"Разбудила?"
Билли убрала руку и замерла в ожидании, но в следующую секунду, когда Миддлтон пробормотал под нос нечто невнятное, ей показалось, будто она ослышалась. А затем он повторил:
- Нет... Мария, нет...
На голову Сэлинджер будто вылили ведро ледяной воды.
"Так, значит... Мария".
Та таинственная женщина, которая оставила в прошлом Адама слишком ощутимый след, который доносился до него пугающим эхом даже спустя год после расставания. Она по-прежнему вызывает у него сильные эмоции, а теперь, как оказалось, приходит и во снах. Билли хотелось бы резко ослепнуть и оглохнуть, но все было слишком очевидно: кем бы ни была эта Мария, Адам никак не может забыть ее и навсегда вычеркнуть из своей жизни.
Сэлинджер отвела взгляд в сторону и с обидой посмотрела на работающие приборы, фиксирующие ее жизненные показатели.
"Успокойся".
Если отметка пульса превысит норму, в палату зайдет медсестра и, конечно же, разбудит Адама, а Билли... в тот момент она просто не могла найти в себе силы разговаривать с ним или смотреть ему в глаза. Ей вдруг стало так обидно и по-глупому неловко, словно она была здесь лишней или услышала то, что не должна была слышать, но от чего никак нельзя убежать.
Зажмурившись, Билли медленно выдохнула и попыталась утихомирить быстро бьющееся сердце, но чем сильнее она старалась успокоиться, тем настойчивее в голову лезли назойливые мысли про эту Марию и про измученного Адама, а беспокойный разум Сэлинджер дорисовывал такие картины, от которых Билли хотелось лезть на стену.
В носу неприятно защипало. Досада, обида, злость на невидимую Марию смешались внутри девушки в один безумный "коктейль", и Билли, стараясь не сорвать пульсометр с пальца, осторожно вытерла с щеки предательскую слезу.
"Прекрати, это глупо", - осадила она саму себя и, набрав в легкие побольше воздуха, глубоко выдохнула, на несколько секунд прикрыв глаза.
Но когда Адам в очередной раз беспокойно заерзал на месте и начал бормотать "Нет-нет", Билли поняла, что больше не может спокойно смотреть на его мучения. Открыв глаза и повернувшись к парню, она замерла в нерешительности, но через пару секунд вновь протянула руку к его голове и медленно провела пальцами по его волосам.
"Тише, все хорошо, - мысленно повторяла Билли, с силой прикусив губы, - все хорошо".
В очередной раз выпустив на выдохе накопившиеся эмоции, девушка положила руку на плечо притихшего Адама и, отвернувшись от парня, уткнулась лицом в плюшевую собаку.
"Я так не могу", - пронеслась в ее голове мысль - за несколько минут до того, как Сэлинджер, обессилев от под действием препаратов в капельнице, провалилась в сон.

+1


Вы здесь » homecoming » Adam & Billy [2] » Глава 5


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC